На Южном Алтае в состав кормов медведя входят корни растений, ягоды малины, муравьи, маралы (в мараловодческих совхозах), домашние животные (Слудский, 1953). В просмотренных нами в 1971 г. 24 медвежьих экскрементах, собранных у летней лежки зверя, содержались остатки травянистых растений. В конце августа — сентябре последние составляли 46% встреч в экскрементах медведя (п = 77), орешки кедра— 46, ягоды смородины — 7,8, плоды шиповника — 6,5, животный корм — 6,5, в том числе остатки бурундука, алтайской пищухи, овцы, медведя, ос (20 шт.)—по 1,3% (Грачев, 1972). Среди поедей травянистых растений в этот период  встречались   борщевик, ферула, а также корни копеечника. В долине р. Язовая медведь ходил кормиться мясом павшей лошади.

Как видно из приведенных данных, соотношение отдельных видов растительного корма в рационе медведя в разных районах Казахстана неодинаково. Так, в Таласском Алатау шишкоягоды арчи имеют основное значение в осеннем питании медведя, тогда как в Джунгарском Алатау звери поедают их изредка, а в Заилийском Алатау в медвежьих экскрементах они совсем не встречены. Это объясняется различием в видовом составе и обилии ягод и плодов, составляющих кормовую базу медведя в этих районах. В Таласском Алатау древовидные и стелющиеся арчовники распространены очень широко — от 1200 до 3400 м и заметно преобладают над плодово-ягодными деревьями и кустарниками. В Заилийском и Джунгарском Алатау встречаются лишь стелющиеся в верхних поясах гор, а более широкое распространение и разнообразный видовой состав имеют лиственные плодовые деревья и ягодные кустарники. Существуют также различия в питании зверей, связанные с неодинаковым урожаем ягод, плодов, орехов в отдельных районах в разные годы, сроками их созревания и др.

Медвежата-сеголетки в конце апреля — начале мая пасутся вместе с матерью. В это время они еще изредка сосут мать. Не замечено, чтобы медвежата выкапывали какой-либо корм в земле. На следующий год весной они кормятся уже наравне со взрослыми.

Из факторов, затрудняющих добывание корма медведю, следует назвать снег, высота которого в момент выхода зверей из берлог достигает в некоторые годы 90—120 см. Благодаря прекрасному обонянию медведь все же отыскивает какой-либо корм под снегом. Так, в Таласском Алатау в долине р. Джабаглы 16 марта на 2-километровом отрезке пути по следу медведя в ущ. Карасай было встречено 9 его копок в снегу глубиной от 10 до 74 см. Во всех случаях узкие вертикальные ходы вели к остаткам корма: дважды — к роговым чехлам горного козла (на глубину 20 и 74 см), к остаткам шкуры архара (15 см), к обгрызенным старым костям (40см), к экскременту волка (74 см), к перьям кеклика (15см). В 3 случаях на месте копок глубиной по 10 см остатков корма не обнаружено, возможно, медведь подобрал какие-либо небольшие кусочки.

При выкапывании ранней весной корней растений (ферула, ревень) медведя слышно уже издалека по шуму от отшвыриваемых и скатывающихся вниз камней. Зверь подолгу кормится на одном склоне, переходя от одного растения к другому. В этот период склоны южной экспозиции во многих местах испещрены ямками от вырытых корней по 10—40 см глубиной.

В начале вегетации растений медведь много передвигается, отыскивая и поедая первые появившиеся ростки. Позднее с массовым появлением зелени он реже меняет места кормежки и по нескольку часов иногда кормится на поляне, медленно передвигаясь и выбирая излюбленные растения. Перед уходом с пастбища медведь начинает двигаться живее, торопливо хватая траву на ходу, и вскоре скрывается.

На ягодниках звери пригибают лапой верхушки кустов к себе и обседают ягоды, часто вместе с листьями. Иногда медведь кормится сидя или лежа на брюхе, пригнув кусты к земле передними лапами. В Джунгарском Алатау особенно сильно бывают примяты и поломаны после кормежки медведей кусты малины, жимолости, кизильника и ветви боярышника. При урожае яблок звери, доставая плоды, обламывают нижние ветви у яблонь. В Таласском Алатау в августе медведь доставал яблоки с находящейся под яблоней скирды сена высотой 2 м, которую при этом развалил (А. А. Иващенко). В некоторые годы яблоки имеются лишь на вершинах деревьев, и медведи, в том числе взрослые, забираются на яблони высотой до 7—8 м и обламывают верхушечные ветви с плодами. Поздней осенью звери выкапывают занесенные снегом яблоки, иногда полностью насыщаясь у одного дерева. В Джунгарском Алатау медведи лазают на деревья черемухи, притягивая потом ветки с ягодами к себе, и заламывают их. Образующиеся заломы на плодовых деревьях на высоте 4—8 м по форме издали напоминают орлиные гнезда. Подобные заломы медведя встречаются на деревьях в Западном Тянь-Шане (Вырыпаев, 1977) и на боярышнике в Заилийском Алатау (Жиряков, 1980). На Южном Алтае, по словам лесников и охотников, прл урожае орехов звери взбираются на кедры и обламывают ветви, что отмечается и в литературе (Юргенсон, 1938; Собанский, 1974).

В поисках корма (беспозвоночных животных) медведи часто переворачивают камни, иногда огромные валуны массой до 100—150 кг. В Таласском и Джунгарском Алатау в разные сезоны на некоторых участках склонов мы встречали на 1 км пути вдоль тропы до 15—20 свеже-перевернутых камней. На крутых склонах сдвинутые камни иногда не удерживаются п катятся вниз, чем, очевидно, объясняются рассказы чабанов и охотников о «преднамеренном» сбросе булыжников медведем на людей и жилища.

Некоторые медведи разрывают все встречающиеся им на пути муравейники, другие их не трогают. Охотники на основе этого даже выделяют «вид» медведей-муравьятников, приписывая им и внешние отличия от других зверей в окраске, размерах и др.

Норы полевок медведь энергично раскапывает то одной, то другой передней лапой, резко бросаясь за разбегающимися зверьками. На месте одной из раскопанных медведем нор длиннохвостого суслика в Джунгарском Алатау обнаружена траншея длиной 4, шириной 0,2 и глубиной 0,4 м. При осмотре раскопанных нор серого и красного сурков на склонах и высокогорных плато мы встречали траншеи длиной 3—7, шириной 0,3—0,9 и глубиной 0,6—0,8 м. На мягком грунте при небольшой длине норы рытье заканчивается успешно, при наличии больших валунов — прекращается. Из осмотренных нами 12 нор красного сурка в Таласском Алатау, которые медведи пытались раскапывать, 10 разрыты лишь на 2—4 м и остались жилыми, хотя здесь крупных валунов и не было. Однако одна из нор сурка на крутом склоне была так сильно разрыта, что другой медведь позднее при осмотре свободно помещался в ней. Звери часто подходят к открывающимся весной норам сурков, но попыток раскапывания их в мерзлом грунте не наблюдалось.

 (голосов: 0)
   Добавил dim    05-10-2011
Просмотров: 1673
Справочник по хищным и копытным животным.
Predatory.ru © 2011 | All rights reserved. | Копирование материалов сайта строго запрещено.