Категория: Род Лисицы - Vulpes Oken

Лисица в казахстане. Степи россии. 

В нашей республике лисица распространена повсеместно от альпийских лугов в горах до пустынь, полупустынь, степей и лесостепья включительно.

В XVIII — начале XIX в. на огромных территориях Казахстана всюду наблюдалось изобилие различных охотничье-промысловых животных, в том числе и лисиц. По данным Я- Я. Полферова (1896), раньше в Тургайской степи была такая масса лисиц, что их шкурки употреблялись вместо кошм, из них шили одеяла и даже попоны для лошадей. В 1700 г. с установлением военных линий русских укреплений на границе России с Казахстаном были созданы меновые дворы (Оренбург, Орск, Троицк, Петропавловск, Семипалатинск и др.), на которые ежегодно привозили на продажу от 30 до 40 тыс. шкурок лисицы (Рынков, 1762; Левшин, 1832).

В середине XIX в. из Киргизской степи ежегодно вывозилось от 9 до 20,5 тыс. шкур лисицы. В конце XIX в. со всех концов Казахстана начали поступать жалобы на быстрое сокращение численности охотничье-промысловых животных, в том числе лисиц. Хищническое истребление лисицы в конце XIX — начале XX в. привело к тому, что численность ее на огромных пространствах республики, особенно в Северном Казахстане, снизилась до минимальной, в отдельных областях зверек почти исчез.

В конце 20-х и начале 30-х годов текущего столетия во многих районах Северо-Казахстанской области охотники в течение нескольких лет совершенно не встречали лисиц (3. С. Краснолобов, П. К. Киреев, Н. П. Холмецкий). С 1926 по 1932г. в ряде областей Северного Казахстана полностью прекратились промысел и заготовки шкурок этого зверя. Начиная с 1932 г. единичных лисиц стали добывать охотники северо-западных районов Кустанайской области и в Джангильдинском районе Тургайской области. Видимо, заселение запада Северного Казахстана происходило из Зауралья, откуда проникали на территорию республики крупные лисицы западносибирского кряжа, и с юга из пустынь, откуда продвигалась мелкая лисица-караганка. К 1934г. лисица распространилась по всей территории Кустанайской и Тургайской областей. По данным А. М. Корсакова (1938), в островных борах Наурзумского заповедника, расположенного в зоне сухих степей, после многих лет отсутствия лисицы снова появились в ноябре 1934 г. К январю 1935 г. в Наурзумском бору насчитывалось всего 3 лисицы, а в 1936 г. — шесть.

Начиная с 1939 г. и по настоящее время лисица широко расселилась по всем природным зонам Северного Казахстана, но особенно многочислен зверек в лесостепной, в островных борах и северной половине степной зоны. Обычной стала лисица на территории Тургайской, Кустанайской, Целиноградской, Кокчетавской и Павлодарской областей, где она наиболее многочисленна в бассейнах рек Тобол, Тургай, Жиланчик, Ишим, Нура, Иртыш и вблизи крупных озерных систем Тенгиз, Акколь, Жаманакколь и др.

Постоянное сокращение промысла лисицы, начавшееся в Казахстане с середины 50-х годов, главным образом из-за ухудшения организации промысла и низких заготовительных цен привело к заметному увеличению плотности ее населения, особенно в районах с культурным ландшафтом (Лазарев, 1968). Кроме того, к этому времени в Казахстане усиленно развивается сельское хозяйство зернового и особенно животноводческого направлений: первое создает условия для увеличения численности грызунов различных видов, второе увеличивает количество различных отходов (отбросы боен и мясокомбинатов, падаль и пр.), являющихся хорошим подспорьем в питании лисиц. Все перечисленные факторы очень способствуют увеличению численности описываемого зверя. В 1956— 1958 гг., по данным егерей Северо-Казахстанской госохотинспекции С. М. Приходько и 3. С. Краснолобова (устн. сообщ.), во время однодневной экскурсии на их участках наблюдалось по 2—3 лисицы летом и по 4—6 зимой. П. К. Киреев отмечал за день по обочинам грейдеров на полях по 8—10 мышкующих лисиц. Ранее в этих местах встречалось не более 2 лисиц за одну экскурсию, преимущественно в зимнее время. Охотники Е. Е. Чернов и В. Е. Чернов из Целиноградской области сообщали, что в эти годы на окружающих полях можно видеть сразу по 4— 5 мышкующих лисиц.

Вместо промысла фактором, регулирующим численность хищников, становится эпизоотия бешенства, возникающая при высокой концентрации лисицы и плохих кормовых условиях осенью 1959 г. За период с 1960 по 1962 г. эта эпизоотия снизила численность лисицы в лесостепи Северного Казахстана более чем в 6 раз (Лазарев, 1968). Например, с 7 июня по 10 сентября 1962 г. во время экспедиционных работ нами встречены лишь 3 лисицы, а из 128 нор только в 17 (13,5%) были выводки, причем восемь из них оказались выкопанными и уничтоженными. На 3 пробных площадях, заложенных в различных угодьях лесостепи для учета численности по выводкам, на 1000 га приходилось от 0,3 до 2,0 лисицы.

С весны 1963 г. начался подъем численности мышевидных грызунов, прекратились эпизоотия и истребление лисиц. Весенний учет нор в 1963 г. показал, что из 120 нор выводками лисиц было занято 48%, а на 1000 га приходилось 1,9—10 особей, т. е. плотность населения этих хищников увеличилась в 5 раз. Теплая малоснежная зима 1964/65 г. способствовала хорошему размножению лисиц, и к осени 1965 г. численность их снова становится очень высокой. Так, по сведениям егерей Северо-Казахстанской госохотинспекции, за одну экскурсию в октябре—ноябре 1965 г. можно было видеть 3—5 лисиц и более.

Последующее быстрое распространение эпизоотии среди лисиц и усиленное их истребление в зимние месяцы 1965/66 г. привели к заметному снижению численности этих хищников: уже в феврале 1966 г. на 10 км маршрута был отмечен только один след лисицы, а за 15 дней полевых работ мы не встретили ни одного животного (Лазарев, 1968). В целом для Северного Казахстану ясно выражен 3—4-летний цикл колебаний численности мышевидных грызунов, соответственно которым изменяется и количество лисиц. Во время эпизоотии бешенства колебания численности хищника не зависят от состояния кормовой базы, так как часть самок гибнет от этой болезни, а другие не участвуют в размножении в результате прохолостания и резорбции эмбрионов.

Лисица — наиболее многочисленный хищник в Казахском нагорье. Так, в 1953—1954 гг. на маршруте в 25—30 км встречалось повсеместно 2—3 лисицы (Шубин, 1962). В сопках и в местах с более пересеченным рельефом наблюдалось значительно больше этого зверя. Так, в 1954 г. по дороге к первому участку от ст. Босага (20 км) 23 марта удалось встретить 14, а при возвращении 5 апреля — 6 лисиц.

Реже описываемый хищник встречается в Бетпак-Дале, но и там в мае на маршруте в 500 км с автомашины мы отмечали в среднем одну лисицу, хотя в отдельные дни на маршруте в 150 км изредка удавалось наблюдать до 3 хищников. Жилые норы лисиц с лисятами в этой пустыне встречались очень редко. За 4 года (1954—1957) было найдено всего 3 норы; брошенные же норы попадались довольно часто. В зиму 1956/57 г., в период с 14 декабря по 7 января, за 7 учетов следов на снегу в пешем маршруте общей протяженностью 63 км было отмечено 32 свежих следа лисиц, или в среднем 50 следов на 100 км пути; лисицы охотились за краснохвостыми песчанками (Слудский, 1962).

Особенно многочисленна лисица в пустынной зоне республики, где зимой снежный покров невысок и сохраняется сравнительно недолго, а корма доступны круглый год.

В междуречье Урал — Эмба на площади в 400 км2 в среднем на 1000 га приходилось 0,3 выводка лисиц (Гептнер и др., 1967). Обилие этого хищника наблюдается в Волжско-Уральских песках, на Мангышлаке и Устюрте, в Северных Кызылкумах, Муюнкумах и в Южном Прибалхашье. В дельте р. Или в 1964—1967 гг. на площади 16 тыс. км2 учтено около 2000 семей лисиц (Злобин, 1970). В пустынях Казахстана отмечается не только высокая плотность населения этого хищника, но и более стабильная его численность.

Еще больше лисицы в Алакульской котловине. Здесь норы лисиц в большом количестве встречаются близ водоемов, заселенных ондатрой, на участках полынной и полынно-солянковой пустыни. Так, весной 1954 г. на прилежащем к оз. Кашкарка участке пустыни площадью 32 км2 обнаружено 27 нор лисиц, из которых семь были жилыми. На о. Аткеткен площадью 3 км2 отмечено 4 норы, в двух имелись выводки.

На сопредельных с водоемами участках суши, в 5 км от берегов озер и на небольших островках зарегистрировано около 160 выводков этого хищника (Хусаинов, 1959, 1962).

О численности лисицы в горах Юго-Восточного Казахстана можно судить по сведениям Ю. Г. Афанасьева, А. А. Лазарева и В. И. Филя (1970).

В горах Южного Алтая численность лисицы очень изменчива. Так, в верховьях р. Убы в ноябре — декабре 1957 г. на 455 км учетных маршрутов отмечен след лишь 1 зверя. В феврале — апреле 1959 г. на 470 км следов лисицы не найдено вовсе, а в октябре — декабре 1961 г. на 364 км встречено 6 следов, причем только в долинах с невысоким снежным покровом.

В бассейне р. Тургусун (правый приток Бухтармы) лисица также редка и в зимнее время в горной тайге из-за высокого и рыхлого снежного покрова не держится. Та же картина в горах правобережья р. Бухтармы, где мощность снега значительна. Отсюда лисица откочевывает в менее снежные районы, например, в долину среднего течения р. Бухтармы, где часто бывает многочисленна. По предгорьям хр. Сарымсакты и в долине р. Бухтармы в декабре 1959 г. по утрам одновременно можно было видеть до 4—5 лисиц. В бассейне оз. Маркаколь, где зима очень многоснежна, лисица так же редка, как и в бассейне верховий р. Убы.

В Восточно-Казахстанской области описываемый зверь обычен лишь по предгорьям, на равнинах и в Зайсанской котловине. Наиболее обилен в песках Айгыркум. Его следы в 1965—1967 гг. встречались там постоянно, через каждые 100—200 м. На других участках Зайсанской котловины лисица более редка, и ночью на автомашине с фарой отмечалась не чаще чем через 50—75 км.

В Джунгарском Алатау (на северных склонах) лисица обычна в течение большей части года и лишь после установления глубокого рыхлого снежного покрова откочевывает из лесного пояса в предгорья и долины. С уплотнением снега и образованием настов возвращается в горы. Так, в конце марта 1961 г. Ю. С. Лобачев (устн. сообщ.) в ур. Биесимас на 5 км маршрута, пролегающего по редколесью, пихтово-еловому лесу и открытому участку, отметил 11 следов этого зверя. По предгорьям северного склона Джунгарского Алатау этот хищник многочислен. В январе 1969 г. на маршрутах, проходящих по долине р. Тентек, ущельям Желысай, Бугуньское и хребтам между ними в яблоневых и осиновых рощах и кустарниках, на 30 км учтено 25 следов и встречено 6 лисиц, причем 5 из них — в предгорьях в долине р. Тентек.

Более высока численность лисиц в ущельях южного склона Джунгарского Алатау, где они более или менее постоянно держатся круглый год. В ущелье Тышкан 27 октября 1964г. на 2,5км учтено 3 следа и встречена 1 лисица. В бассейне р. Усек и по р. Талдыбулак в ноябре 1964г. по долинам, поросшим тополево-осиновым лесом, на 61,5 км учетных маршрутов отмечено 25 следов лисиц и встречен 1 зверь.

В Заилийском Алатау лисица — обычный зверь и населяет все биотопы, в которых держится и в зимнее время, в том числе в полосе ельников, если снег не достигает значительной мощности. В районе Большого Алма-Атинского озера в ноябре 1964г. на 5км пути учтено 5 свежих лисьих следов. В декабре 1964 г. в еловых лесах ущелий Аксай, Каргаул-ды, Кожай и Каскелен на 67 км учтены следы 6 лисиц и встречен 1 зверь, В ущ. Тургень на площади 23 км2 в январе — марте 1966 г. обитало 5 лисиц. В бассейне р. Женишке (южный склон Заилийского Алатау), благодаря обилию бесснежных или малоснежных склонов хребтов, на протяжении февраля — марта 1967 г. численность лисицы была постоянно высокой. Здесь на 149км маршрутов учтены следы 44 зверей и встречено 4 лисицы.

Тургайские степи и волки. Северный казахстанская обл. Шкурки лисы купить семипалатинск. 
 (голосов: 1)
   Добавил SkAi__2    05-10-2011
Просмотров: 1969
Справочник по хищным и копытным животным.
Predatory.ru © 2011 | All rights reserved. | Копирование материалов сайта строго запрещено.