Самки оставляют своих телят на день одних в течение трех месяцев (до конца августа), пока, по-видимому, те не перелиняют и не утратят свой пятнистый наряд. Еще до середины августа мы видели самок, выпасающихся без телят рано утром. Так, 20 июля 1977 г. в ур. Атопкан в Джунгарском Алатау вечером видели как мать, поднявшись с дневной лежки, прошла вверх около 150 м и там из густой травы к ней выскочил олененок и начал ее сосать. 21 июля 1978 г. вечером в ур. Чин-Тургень Заилийского Алатау в течение часа наблюдали за теленком, лежащим на краю россыпи у опушки леса. За ним мы наблюдали до темноты, но самки поблизости не видели. 1 августа в этом урочище вечером видели одинокого олененка, кормящегося на поляне. Через 20 мин в 100 м выше появилась самка и еще около 20 мин они кормились в 80—100 м друг от друга, постепенно сближаясь, и, когда расстояние сократилось до 10 м, теленок направился к самке и стал ее сосать. 12 августа также видели мараленка, лежащего в траве между скалой и деревом в 100 м от кормящейся матери, причем она уходила в лес и возвращалась. Иногда она прекращала кормежку и смотрела в сторону малыша. Спустя 30 мин олененок присоединился к ней.

Самки с телятами, обитающие в лесу, весь июнь живут поодиночке, но у верхней границы леса и в субальпийском поясе уже в середине этого месяца встречались несколько раз группы самок от 2 до 7 особей и с ними по 2—3 теленка (утром и вечером). В лесистом ур. Чин-Тургень в Заилийском Алатау уже в первой декаде июня самки выходили на кормежку по двое-трое вместе. В первые дни приближающихся к ним прошлогодних особей они старались прогнать. Начиная со второй половины июля, взрослые самки более терпимы к прошлогодкам, даже если те находятся поблизости от их телят.

Самки, за которыми мы наблюдали в Заилийском Алатау, кормили маралят дважды — утром и вечером. Утром маралуха кормила теленка чаще между 6 и 8 ч, а вечером — с 20 до 21 ч. В пасмурные дни самки кормят своих детенышей примерно на час раньше. В первые 10 дней жизни мараленок сосет в несколько приемов. Первое сосание наиболее длительное, мать сама его не останавливает, последующие — более короткие. В первые 10 дней продолжительность сосания от 5 до 11 мин, затем она сокращается до 2 мин, позже — до 1 мин. Телята питаются молоком матери очень долго, мы наблюдали сосущих еще в октябре. По В. И. Цалкину (1944), в зоопарке маралята сосали матерей до появления нового потомства.

По всей вероятности, телята начинают питаться зеленью еще до месячного возраста. Уже на пятые сутки после рождения теленок обнюхивал растения, имитируя поедание, тыкался мордочкой в траву, срывал отдельные части растений и «жевал» их.

В первой декаде июля телята в возрасте около месяца, находясь с самкой на пастбище, кормились мало, больше стояли и смотрели по сторонам или подходили к самке и тыкались мордочкой в вымя (если еще сосали). Более или менее интенсивно поедать траву они начинают с середины июля. Чаще всего кормятся травянистой растительностью (листьями, соцветиями, цветами). Лишь однажды видели, как теленок скусывал веточки туркестанской арчи, несколько раз — листочки и цветы шиповника, листья ивы. Во второй половине июля по манере кормежки оленята не отличаются от взрослых животных.

Телята родятся крупными, по 13—14 кг. Растут быстро. Так, 12 июня маралята из Джунгарского Алатау в возрасте около 2 недель уже весили 25—27 кг. Однако в связи с разными сроками рождения их масса к осени бывает очень различной. Так, молодой самец, отстрелянный 13 сентября 1969 г. в Джунгарском Алатау, весил 80 кг, а другой взвешенный 19 октября 1971г.,— 50кг. Зимой, по наблюдениям В. Е. Размахнина (1965) в маралсовхозе, маралята не растут, а интенсивный их рост вновь начинается весной с переходом на зеленые корма. То же происходит и в природе. Так, 1,5-годовалые самцы в сентябре— октябре уже достигают массы 157—160 кг, т. с. через год их масса увеличивается вдвое. Семенники полуторагодовалых самцов в сентябре, по нашим данным, достигают размеров 90—96 мм, массы — 122 г (два); в них вполне зрелая сперма, самцы-перворожки даже способны покрыть самок, делают попытки к ухаживанию за ними и активно отгоняются взрослыми самцами. Молодые самцы при наличии в популяции взрослых самцов начинают участвовать в гоне на шестом году жизни. По Л. П. Пяткову и Э. И. Прядко (1971), самки маралов становятся половозрелыми в 1,5-годовалом возрасте. Однако более детальные гистологические исследования показали (Белоногов, 1977), что половозрелость маралух. в совхозах Алтайского края наступает лишь в 2,5 года. Вполне возможно, что в природе, где условия существования лучше, отдельные самки маралов так же, как и других оленей (Янушко, 1957), приносят первого теленка в 2-летнем возрасте. Нам встречалась одна беременная молодая самка (к сожалению, точный возраст ее не установлен) массой 137 кг, ее плод (9 мая) весил 8,9 кг.

Плодовитость марала в природе определить довольно трудно. Из 12 обследованных нами в Джунгарском Алатау в разные годы в феврале — мае самок массой от 140 до 180кг 11 (91,6%) имели эмбрионы или плоды (самки были отстреляны или задраны волками в среднегорье, т. е. в местах, куда они собираются перед отелом).

Примерно такие же цифры по плодовитости маралов на этом хребте Джунгарского Алатау приводит и В. И. Филь (1970): 92,6% беременных самок в среднегорье по рекам Аксу, Сарканд и Баскан. В верхних поясах на зимовках на лето остается много яловых самок, и плодовитость таких популяций низкая. В высокогорном ур. Кюнезепь (субальпийский цояс) В. И. Филь (1970) отметил беременность лишь у 37% самок (32—43%) в разные годы.

По встречам самок с телятами летом определить их плодовитость затруднительно, так как большинство самок прячет детенышей, а часть «теряют» их. Приблизительные подсчеты показали, что в ур. Желысап (зимовка) в июне—июле 1970 и 1972 гг. лишь 50% самок имели телят.

Самка марала, как и большинства других оленей, приносит в основном одного детеныша. Двоен мы не встречали ни разу, лишь однажды слышали от сборщика эфедры в Джунгарском Алатау о встрече им только что родившихся двух телят рядом с одной самкой. Известны двойни у маралов, содержащихся в частных хозяйствах на Алтае (Залесский, 1930). Так, в 1928 г. из 52 самок одна принесла двух, в 1926 г. на 60 самок тоже был один случай двойни.

Среди 10 осмотренных нами эмбрионов, плодов и телят самок было 7, самцов — 3.

Прямых данных об отходе телят нет; предполагается, что он значительный. В среднегорье в Джунгарском Алатау у 100 самок рождается около 90 телят, а к осени, к началу гона, их остается примерно 70, т. е. отход их за 5—6 месяцев составляет свыше 20%. По-видимому, большая часть их уничтожается хищниками — волками, медведями, рысями.

Половозрастной состав маралов Тянь-Шаня и Джунгарского Алатау на разных высотах различен, особенно летом, когда самки с молодняком держатся в средней части лесо-лугостепного пояса, а самцы— преимущественно у верхней границы ельника и выше.

Наиболее правильное представление о составе популяции можно получить осенью, в период гона. В местах, где численность маралов значительная, где она не испытывает сильного пресса охоты, соотношение самцов и самок маралов равно 1:1. Такие данные мы получили в бассейне р. Первый Тентек в Джунгарском Алатау в местах интенсивного гона в 1974 г. Сеголетки обоего пола в это время здесь составляли 23,9% среди других групп животных, молодые самцы (2,5—5 лет) — 9,8, самцы 1,5 года — 2,9, взрослые самцы — 25, самки (1,5 года и старше) — 38,4%.

Рост и развитие молодняка у маралов
Рост и развитие молодняка у маралов
 (голосов: 0)
   Добавил pibochka    06-10-2011
Просмотров: 1700
Справочник по хищным и копытным животным.
Predatory.ru © 2011 | All rights reserved. | Копирование материалов сайта строго запрещено.